Home
Ирина Служевская's Journal
 
[Most Recent Entries] [Calendar View] [Friends]

Below are the 20 most recent journal entries recorded in Ирина Служевская's LiveJournal:

    [ << Previous 20 ]
    Tuesday, June 23rd, 2009
    1:37 pm
    Есть обычай на Руси...
    Сегодня утром раздался звонок из издательства, два года назад выпустившего мою книжку об Ахматовой, - не скажу ли я несколько слов на БиБиСи, в связи с 120-летием моего поэта. Британцы мне, как лишенцу без регалий, не позвонили, а заготовки неслучившейся речи я тут выложу (не городу и не миру, а как-то так).
    1. Ахматова в России переживает скверное время. Если читают ее, то говорят об окаменелости и даже обизвествленности ее стихов ( близкие медицинские ассоциации - разрыв сосудов, инфаркт). Если читают о ней, упоминают "Анти-Ахматову", которую поэт Воденников, например, перечитал два раза, плача и жалея анти-героиню. Лучше бы, радуясь, В.Н.Топорова перечитал, или Бродского, или Наймана. Логике неподвластно.
    2.Что касается обизвествления, то последние двадцать пять лет своей жизни Ахматова, как известно, писала "Поэму без героя". Несколько строф:

    Были святки кострами согреты,
        И валились с мостов кареты,
            И весь траурный город плыл
    По неведомому назначенью,
        По Неве иль против теченья, -
            Только прочь от своих могил.
    На Галерной чернела арка,
        В Летнем тонко пела флюгарка,
            И серебряный месяц ярко
                Над серебряным веком стыл.
    Оттого, что по всем дорогам,
        Оттого, что ко всем порогам
            Приближалась медленно тень,
    Ветер рвал со стены афиши,
        Дым плясал вприсядку на крыше
            И кладбищем пахла сирень.
    И царицей Авдотьей заклятый,
        Достоевский и бесноватый,
            Город в свой уходил туман.
    И выглядывал вновь из мрака
        Старый питерщик и гуляка,
            Как пред казнью бил барабан...

    Я желала бы всем, сетующим на окаменелость и известковость, создать нечто подобное этим стихам - такого объема и такой музыкальной магии. Тем, кто жалеет Ахматову, разоблаченную Тамарой Катаевой и другими дефектологами, я бы желала достичь исторической зоркости и правоты ахматовских "Стансов" 1940 (тысяча девятьсот сорокового) года:

    В Кремле не надо жить, Преображенец прав.
    Здесь зверства древнего еще кишат микробы:
    Бориса дикий страх и всех Иванов злобы,
    И Самозванца спесь - взамен народных прав.


    Собиралась еще кое-что упомянуть, но одумалась. А комментировать этот пост я не дам. Не ко времени.




    Friday, May 29th, 2009
    12:06 am
    Беккет на Бродвее -
    ...конечно, не полный "позор и несчастье", но текст пьесы - золотой, небесный, непередаваемый, - разумеется, не воспроизводит. Ибо некем. Не родился еще актер (все равно, какой национальности), способный стать Владимиром или Эстрагоном. Возражения есть?
    Sunday, May 24th, 2009
    9:38 pm
    Список победителей в Каннах
    Смотришь на него, и ясно, что зритель хочет, чтобы его расстраивали и пугали. ("Белая лента", "Антихрист" и т.д., и т.п.) А ты? А я не зритель.

    П.С. Я Ханеке-то люблю. Я против очевидной тенденции: шок как непременное условие успеха.

    П.П.С. "Кино должно вызывать боль" (Ларс фон Триер, режиссер "Антихриста") Отсюда: http://www.kommersant.ru/doc.aspx?DocsID=1173537 (Вот пусть тебя мазохисты и смотрят -ИС)
    Friday, May 8th, 2009
    7:44 pm
    Цитата из Лосева
    "Я пьянь на выходных ролях,/ я просто вырос в тех краях", - оказывается одновременно цитатой из Бродского, из любимого антисоветского "Пятая годовщина" :

    Я вырос в тех краях. Я говорил "закурим"
         их лучшему певцу. Был содержимым тюрем.
         Привык к свинцу небес и к айвазовским бурям.

    Не сомневаюсь, что у Лосева здесь стоит невидимая ссылка на старшего брата. И сколько отсюда растет, из этой переклички. Выросшие в тех краях, несущие те края, умирающие в чужих...

    Thursday, May 7th, 2009
    8:28 pm
    О Лосеве (продолжение)
    Я думаю теперь об этой жизни,  до последней ниточки выверенной. Как не пробралось в нее ничего мелкого, просто бездарного. И в дружбе с Бродским. И в самозабвенном служении ему. Мы ведь не дождались еще лосевских комментариев к Собранию сочинений Б. И он не дождался. Но он их закончил, прочел, сдал в печать - а это самое главное. То есть он должен был знать, что "исполнил труд, завещанный от бога". И пусть этот труд сейчас отодвигает в тень стихи самого Лосева. Он, я уверена, это знал тоже. Существо его сопротивляется самому имени "святость". Похерим его. "Лосев" означает достоинство: может быть, главную человеческую доблесть. Все знают, как трудно сохранить эту доблесть в отечестве. Но может быть, еще трудней пронести ее до конца. Вот что сделал Лосев.
    2:32 pm
    Лосев
    "Его стихов пленительная сладость", - как известно, сказано не про Лосева. Совсем. Соображения о том, почему он оказался нужен именно так, как сегодня становится очевидно, наверняка уже высказывались. Но я их думаю в первый раз, а статьи Гандлевского и Быкова (лучшие, на мой вкус, "про-лосевские" записи) перечитывать недосуг, так что осмелюсь сказать. Лосева принесла нам его полная внеположность пафосу, высокопарности, - всему, что способно так или иначе использовать котурны. При этом Лосев тонок не изысканно, а питерски-интеллигентски, в том повороте лица, судьбы и речи, который оказывается неожиданно родным: "Я пьянь на выходных ролях, / Я просто вырос в тех краях". Когда это говорит "американский-профессор-друг-Бродского", - двустишие производит совсем не тот эффект, который оно имело бы, произнеси его, условно говоря, неинтеллигентный питерский поэт. То есть связь между "а-п-д-Б" и последним питерским забулдыгой включает Лосева в цепочку родства, из которой, слава Богу, нет выхода. Ни ему, ни нам. Там еще много волшебных камушков, в этой цепочке. Собираем, будем собирать. 
    Tuesday, May 5th, 2009
    12:42 pm
    О Трифонове - чудесный хор
    Тем, кто откликнулись на предыдущую запись, - спасибо. А вдруг и начну короткие записи ("Трифоновский дневник"), прямо тут, по принципу: нет времени на одну книгу, пиши две? Пусть это будет мой бес в ребро.
    11:20 am
    О Трифонове -- кстати и некстати
    Прочитала в каком-то дрянном интервью, что ЖЗЛ была бы счастлива заказать возможному автору книжку о Трифонове. Начала думать, каким счастьем было бы написать книжку о Трифонове - биографию поколений, растивших себя на его книгах. Перечитав две начальные блестящие страницы "Дома на набережной" (с фирменной бесконечной трифонвской фразой - о Глебове образца 40 года), поняла, что писать можно не о Трифонове, а о нашем тогдашнем чтении его - в 80-м, в 75-м. Сегодняшний читатель не в состоянии будет погрузиться в месиво и марево этих страниц, как способны были мы, -- ему будет скучно, и вязко, и утомительно подробно. А нашего чтения не реконструировать. Умрет ли Трифонов со смертью последних его современников? Скорее всего. Сохраняются единицы. Бабель - да, Платонов - да, Булгаков - ну, конечно, Шаламов - без сомнения. Горенштейн - только лучший, Гроссман - не весь (и не "Жизнь и судьба", несмотря на все прозрения). Спасает не подвиг, спасает только гений, только почерк, только всесильный словесный полет (даже если речь идет о колымском аде). И - нет у Трифонова этого всесилия. Жалко до слез.
    Thursday, April 30th, 2009
    10:11 pm
    Ровно в эту минуту
    ...у соседей снизу продолжает работать механизм, из-за которого мы уже не спали ночь. Выключить его они согласны только днем следующего дня. Уйти ночевать куда-то еще невозможно. Сейчас десять вечера. Вставать на работу в 7 утра. Голова, как ей и положено, болит третий день - ровно столько, сколько слышен этот звук включенной бормашины. Что бы на моем месте сделали Вы? (Все варианты влияния на соседей - они пережидают ремонт в другом месте - уже испробованы).

    Апдейт: все не так серьезно, ей-Богу. Я, скорее, на шуточки напрашиваюсь, чтоб перезимовать.
    Monday, April 27th, 2009
    10:43 pm
    ТеЛЕология, черт возьми
    Всякий раз, когда Мандельштам в статьях 22 года говорит "телеология", редактор (корректор?) второго тома четырехтомного собрания сочинений заменяет это слово "теологией". В статьях  "Девятнадцатый век" (с.271) и "Гуманизм и современность" (с.288). Статьи классические, цитаты заученные ("телеологическое тепло" и проч). Что такое?
    Saturday, April 25th, 2009
    12:40 am
    Голландия?
    Живя по принципу "что вдруг?", мы, может быть, дней на пять  окажемся в Амстердаме. Как там распределять время, мне более или менее понятно, а вот что касается всей остальной Голландии... Вопрос: чего из голландских архитектурных и живописных зрелищ,  доступных из Амстердама, пропускать ни в коем случае нельзя? 
    Monday, April 20th, 2009
    7:20 pm
    Аранович
    Смотрела куски его незаконченного фильма (1995) в програме А.Шемякина "Документальная камера". Фильм назывался "Агнец божий" и повествовал о девушке, погибшей от рук немецких оккупантов, в частности, затем, чтобы стать пропагандистским символом (история, напоминающая о Зое К., но, конечно, не идентичная канону). У меня нет сомнений, что фильм открыл бы новый взгляд на войну, близкий тому, что делал Владимов в последнем, непрочитанном романе ("Генерал и его армия"). У Владимова одновременно с Арановичем появляется взгляд на войну как на дело органов (почему же война не была просквожена ими, как была вся остальная жизнь? Или нам мало Гроссмана с Солженицыным? Мало). В общем, закончи Аранович "Агнца", быть ему еще одним неуслышанным пророком. Похоронен он в Германии. Жестокая точка. 
    6:08 pm
    Разрешение на пытки
    Вчера прочла в "Нью Йорк Таймс", что, по приказанию Обамы, опубликованы 4 ведомственные бумаги, детализирующие разрешение на пытки. Сама я этих бумаг не читала, читала только комментарий. Понятно, что пытали не невинных (Халида Мухаммеда, который руководил 11 сентября и отрезал голову Перлу), но пытали, с нашего ведома. Нет, спасенные жизни невинных тут не искупление. Спасибо Обаме, что, по крайней мере, прекратил то, в чем мы все замешаны. Кроме тех, кто всегда протестовал. Я, по недомыслию, не протестовала.
    2:14 pm
    Эвтаназия в Америке
    Из статьи о враче: "Десять лет назад, когда многие медики хотели легализовать эвтаназию, доктор Эмманюэль был против этого. Он не соглашался с распространенным стереотипом пациента, проявляющего интерес к Э. Он считал, что, во многих случаях ,пациенты не испытывали невыносимой боли. Они страдали от депрессии и не хотели быть в тягость своим близким." ("A decade ago, when many doctors wanted to legalize euthanasia or physician-assisted suicide, Dr. Emanuel opposed it. He challenged a common stereotype of patients expressing interest in euthanasia. In most cases, he found, the patients were not in excruciating pain. They were depressed and did not want to be a burden to their loved ones." http://www.nytimes.com/2009/04/18/us/politics/18zeke.html?_r=1&scp=1&sq=hard%20charging%20doctor&st=cse).
     
    И если я "в депрессии и не хочу быть в тягость" - почему, вашу бабушку, я не имею права на такое решение своей судьбы, которое мне угодно, но не доступно из-за физической немощи? Проклятая страна! Родить по своей воле еще можно, но умереть - никогда.
    Sunday, April 19th, 2009
    3:58 pm
    А хотели делать гвозди
    Н.Я Мандельштам (ночь последнего ареста ОМ): "Мы не договорили последнего разговора, потому что я заснула, мне снился страшный сон, я закричала, проснулась, и мы не спали, когда раздался стук. Мы даже не простились как следует, потому что я совершенно окаменела. Я собирала вещи, двигалась, но женщина, когда у нее уводят мужа, вдруг превращается в автомат, в камень, я не знаю во что, только на лицах тех, у кого увели мужей, я узнавала это застывшее выражение, которое у меня было на лице в последние минуты..."

    Ахматова:

    Приговор

    И упало каменное слово
    На мою еще живую грудь.
    Ничего, ведь я была готова,
    Справлюсь с этим как-нибудь.

    У меня сегодня много дела:
    Надо память до конца убить,
    Надо, чтоб душа окаменела,
    Надо снова научиться жить.

    А не то... Горячий шелест лета,
    Словно праздник за моим окном.
    Я давно предчувствовала этот
    Светлый день и опустелый дом.
    Лето 1939. Фонтанный Дом

    Wednesday, April 15th, 2009
    2:23 pm
    BCE O TOM жe

    "Я не знаю, что больше потрясло меня в тридцать седьмом: зверства властей или степень человеческой глупости?»

    Но если искренняя «глухонемота» — черта многих современников Чуковской, то — что сказать про сегодня? Для нового читателя реалии «Прочерка» далеки, как эпоха Владимира Красное Солнышко. «Политические репрессии» — каменный уголь истории, глава в учебнике убористым шрифтом.

    ...И мальчик в автолайне умненьким голосом втолковывает сестре услышанное от родителей: «Сталин был сильный. Всех построил».

    Не было! не бы-ло! — со спокойной убежденностью говорят мне довольно молодые люди в ответ на упоминание о «большом терроре». ...Неужели вместо культуры, вместо истории у нас — прочерк?

    ...«Ведь молодой, сильный мужчина, поднимающий руку на заведомо неповинного, молодой мужчина, стулом или рукояткой револьвера избивающий старика или женщину, — ведь это существа извращенные, выпадающие из нормы. Где он был до той поры, пока не сделался профессионалом палачества, чем занимался? Ведь он жил среди нас».

    Сегодня внуки жертв и мучителей едут в одном автобусе. Время — не линия, а горящая магма, со всплесками тенденций, убеждений и вер. Спит взрыв. Для нации амнезия — хуже смерти, многократная смерть. Она называется варварством.

    Федор ЕРМОШИН  http://magazines.russ.ru/novyi_mi/2009/4/er19.html

     



     

    Monday, April 13th, 2009
    11:03 am
    Мои любимые цитаты
    ... из статьи Е.Деготь о капитализме и культуре (отсюда http://friday.vedomosti.ru/article.shtml?2009/04/10/14610 ):

    Вера в рынок -- "слепая" и "безумная".


    "...При капитализме у культуры (как и у университетской науки) есть важнейшая функция: создать зону противостояния капитализму... Культура — это легальная война с капитализмом в рамках созданных им же институтов".

    "Перед нами все еще стоят те же самые культурные задачи: ... найти критические силы в самом советском марксизме".

    В общем, все понятно: под знаменем критических сил (в обновленном марксизме) -- вперед, к победе (над капитализмом). Апрельские тезисы.


    Saturday, April 11th, 2009
    8:59 am
    Впечатления последнего часа
    1. Стихи Гронаса http://www.kommersant.ru/doc.aspx?DocsID=1151227

    Небо не то и темнота не та.
    На теплой круглой слезе стоит и боится упасть
    Кто, скажи мне, кто
    Ктот или кта?

    Да, я забываю родство,
    Но на мне отпечатки
    Пальцев твоих, розовоперстый час.

    Я городской раствор
    Я остаюсь на сетчатке
    Я существую сейчас

    ***

    Где то на дне меня меня
    Лежит монетка звеня звеня
    Когда я прохаживаюсь туда сюда
    По совершенно голой земле
    По совершенно голой земле

    Кто тебя вымыл, земля земля?
    Кто тебя вынул, из тьмы изъял
    Можно с тобою или нельзя?

    Я до угла, а потом долой
    Я до угла, а потом домой
    Здравствуй, пространство
    Привет, рассвет
    Как дела, мгла?

    Когда стихи действуют, (Бродский прав!) - это, конечно, наркотик, и с Гронасом у меня оно в первый раз. Ничего нового тут я не напишу, отмечу только древний прием очищающего укрупнения: мир, сведенный к слезе, делает слезу центром мира. Стихотворение пишется внутри среды, перевернутой еще до создания первой строчки. Минимализм, по Айзенбергу и другим пророкам, - главная черта гронасовского крыла современной лирики. Но, в отличие от большинства ее адептов, смысловой объем у Гронаса полон не намеков, неясностей и расплывчатых реалий, тщетно пытающихся представить вселенную. Нет, Гронас (для меня) едва ли не единственный поэт, кому такое представление удается, кто спокойно оперирует предметами, чьи имена, в силу безбожной словесной эксплуатации, казалось бы, стерлись и потеряли способность означать. Очищающее укрупнение,  сочетание только что придуманных слов ( "Кто, скажи мне, Ктот или кта")  позволяют, казалось бы, стертым и запрещенным к употреблению "пространству, рассвету и мгле" зажить заново. Ссылка на Библию и былые "разговоры с небожителями" ("Кто меня могучей властью из ничтожества воззвал?") - у Гронаса:

    Кто тебя вымыл, земля земля?
    Кто тебя вынул, из тьмы изъял
    Можно с тобою или нельзя?  , -

    работает внутри поэтики едва заметного каламбура, неточной детской считалочки:

    Я до угла, а потом долой
    Я до угла, а потом домой
    Здравствуй, пространство
    Привет, рассвет
    Как дела, мгла? 

    Я еще не сказала о напряжении рифмованных-нерифмованных, соблюдающих-не соблюдающих ритмический рисунок строк. Стихотворение работает с постоянным нарушением закона, правила, установки. Оно верлибр и не-, силлабо-тоника и не-, дольник и не. Продуманная стихотворная тактика создает впечатление детской свободы слова. Двоящийся облик автора: ребенок, строящий речь по себе, или художник, доказавший право на ломку версификации. Да хватит тебе, критик, - думает читатель. И он, разумеется, прав.  

    Thursday, April 9th, 2009
    9:38 am
    Гибель Домбровского (к истории кгб-шных избиений)
    1. На дворе 1979 год.
    2. 29-30 апреля Домбровский приезжает в Дом творчества в Голицино.
    3. КГБ немедленно направляет в Дом творчества двух агентов и те осуществляют надзор, предписанный начальством,  на виду у всех.(незадолго до этого во Франции выходит "Факультет ненужных вещей").
    4. Приближался день рождения Юрия Домбровского (12 мая) и к вечеру 11 числа Юрий, желая, вероятно, отметить эту дату в кругу наиболее близких друзей, заявляет, что едет в Москву.
    5. Причина не только в дне рождения. Здесь уместна также трактовка Ольги Козновой – Домбровский «получил наконец-то вышедший роман и пошел в ЦДЛ показать друзьям и знакомым книгу – ну, порадоваться, наконец, отметить!..» 
    6. Неподалеку от ресторана ЦДЛ он был зверски избит. Привыкший в тюрьмах и лагерях не жалуясь терпеть и переносить подобное, Юрий, чувствуя что его покалечили серьезно, решил написать письмо жене с просьбой срочно вернуться, но не желая ее волновать, причину не сообщил. Врачам спасти Юрия Иосифовича Домбровского не удалось. Он  умер 29 мая.

    По "Версии гибели Домбровского" Александра Кобринского. Отсюда: http://www.geocities.com/katz_us_il/akver/dbr-6.html 

     
    9:21 am
    Домбровский о Солженицыне
    Напоминаю, что Домбровский, - мягко говоря, лагерник с большим стажем, чем А.И.:

    ... Иван Денисович - шестерка, сукин сын, «каменщик, каменщик в фартуке белом» (цитируется известное стихотворение В.Брюсова о каменщике, строящем тюрьму), потенциальный охранник и никакого восхваления не достоин. Крайне характерно, что отрицательными персонажами повести являемся мы (рассуждающие о «Броненосце "Потемкине"»), а положительными - гнуснейшие лагерные суки... Уж одна расстановка сил, света и теней говорит о том, кем автор был в лагере...

    Отсюда: http://shalamov.ru/context/8/  Благодарю за ссылку [info]sprkfv 

[ << Previous 20 ]
About LiveJournal.com

Advertisement